«Женька-гадальщик…»

В деревне никогда не было скучно, и всякий раз с началом учебного года было, чем поделиться с одноклассниками. Всегда привозила что-то новенькое, как будто не в деревню ездила за сто километров, а в другую страну, откуда привезла впечатлений на весь год. Это и речка, и лодка, и поход в лес всей гурьбой, ну и, конечно, первая влюбленность. И 14-15 лет – такой период проскочить трудно.

Мальчишки хорохорились перед нами, иногда важничая и задирая нос. На кого-то из них уже обращали внимание серьезно. А вот Женька Маскайкин, с выгоревшими на солнце волосами, веснушчатый и нерасторопный, ходил, поглядывая, засунув руки в карманы, и, в общем-то, особого внимания к нему никогда не было.

Но появилась у него одна… фишка что ли. Неожиданно схватит за руку, смотрит на ладонь с серьезным видом и через несколько секунд выдаст что-то на подобие: «Линия жизнь длинная, замуж выйдешь два раза». Девчонка руку отдернет и ляпнет первое попавшее: «Дyрак что ли». А остальные захихикают, а то и рассмеются. «Я тебе еще про линию сердца не рассказал», — невозмутимо скажет Женька.

В то время про линию сердца, жизни и прочее мы не знали, смартфонов у нас не было. А в школьных учебниках об этом не писали. Ну, если только гадание на картах было знакомо. А вот смотреть на ладонь и уверенно говорить, сколько мужей будет, такого мы от Женьки не ожидали. Лицо его было всегда невозмутимо, и хотелось ему верить. Девчонки уже из любопытства подходили и шутливо спрашивали: «Ну, что, Женя, может, погадаешь».

Женька усаживался на ближайшую скамейку и смотрел на ладонь с таким видом, как будто пытался прочитать иероглифы. Любопытных он отгонял. «Не сбивайте меня, сосредоточиться не могу». Все отходили в сторонку, ожидая своей очереди.

Протянув ладонь, с замиранием смотрела то на свою руку, то на сосредоточенного Женьку. — Вот, смотри, линия жизни у тебя как тянется, немного кривая, но вообще длинная», — бормотал Женька.

— Сам ты кривой, с чего она неровная, — мне стало обидно за линию.

— Ну и что, зато жизнь длинная, — успокоил Женька.

— А муж? – спросила о самом интересном.

— Вот про мужа в следующий раз, а то мне надо огород идти поливать. Вообще я всем по одному разу гадаю, но тебе, так и быть, еще раз смогу погадать. Приходи в субботу вечером на берег, где старая лодка, там и погадаю.

Идти мне, честно сказать, не хотелось. Женька, кроме как гаданием, ничем не привлекал. Но было очень любопытно: что он еще может такого мне сказать, что прольет свет на будущее.

— А почему в субботу? Сегодня среда, ждать долго.

— Отцу помочь надо, так что только в субботу. — Только ты никому не говори, а то будут все надоедать просить, погадай, да погадай.

Но в субботу наш сеанс так и не случился. Женька-гадальщик – так мы его прозвали – спалился напрочь. Видно так вошел в роль, что потерял бдительность. Его стали замечать то с одной, то с другой девчонкой во время сеанса «гадания». Между собой мы все молчали, не раскрывая обещанного второго сеанса.

Но наш наивный Женька еще совсем не знал девчоночьи сердца. Пообещать никому не говорить, а потом по великому секрету сказать близкой подруге, — это в духе нашей подростковой дружбы.

Оказалось, Женька-гадальщик назначил свиданий на всю неделю: кому-то у старой лодки, кому-то у пристали. И обещание было одно: погадать второй раз.

Но Женька прогадал: его раскусили, и он вновь стал обычным без своего козыря – гадания по ладони.

Гадать, конечно, он не умел, но глубокомысленно смотреть на ладонь получалось. Нахватался он этой «науки» от своей тетки, приезжавшей иногда в гости. В широкополой шляпе и брючном костюме она выделялась в сельской местности. А увлечение гаданием заметил Женька. И, копируя тетушку, привлек к себе внимание.

Больше такого лета у нас не было. Женька взрослел и такими глупостями больше не занимался. Через много лет знакомые сказали, что Женька уехал в небольшой городок нашего района, женился, устроился в ГAИ, стал инспектором дорожного движения. Говорят, даже дослужился до какой-то должности. Такой вот был у нас «гадальщик» в одно прекрасное лето.

Автор: Татьяна Викторова


«Женька-гадальщик…»