«Всех сможет прокормить…»

Как же прекрасно просыпаться в выходные у себя на даче. Где яркое солнышко ласково будит тебя, нежно касаясь первыми робкими лучиками твоего лица. И даже серый пушистый британец не решается разбудить тебя, хотя в городе орёт с пяти утра, требуя особого отношения к своей королевской особе (извиняюсь за тавтологию).

Кстати, это странно. Сквозь сон мысль не смогла оформиться как следует, но спать мешала. Почему это пушистое недоразумение, по чистой случайности именуемое котом, не орёт, требуя внимания и горсточки корма? Может с ним что-то случилось?

Тревожные мысли не давали спокойно заснуть, поэтому пришлось размыкать веки с усилием, достойным выражения в ньютонах на квадратный миллиметр. И едва раскрыв глаза, на одних рефлексах моментально принимать вертикальное положение, стараясь при этом не завизжать подобно кисейной барышне из классического женского романа. А завизжать хотелось нестерпимо.

К вам на подушку приносили мышей, крыс и лягушек? Если приносили, значит вы — подготовленный человек с крепкими нервами. Вот и я считал себя довольно-таки подготовленным и хладнокровным мужчиной. Но в этот раз шерстяной негодяй превзошёл себя. И вся моя мужественность испытала настоящий шок. На подушке из английской шерсти лежала гадюка. Обычная серая гадюка.

Отчаянно труся, я обошёл кровать, стараясь не приближаться к ней и держа максимальную дистанцию. Вооружившись в кухне кочергой и крышкой от кастрюли, призвал всё своё мужество и отправился в спальню, где на поруганном семейном ложе лежало пресмыкающееся. Ноги не держали, руки дрожали, как у запойного. Но собрав всю свою волю в кулак, я избавился от чешуйчатой гадины. Зацепив кочергой и вынеся в палисадник.

Отходняк от адреналинового отравления был ужасен. Даже спустя десять минут, проведённых в расслабленном состоянии, не смогли унять дрожь в теле. Но хотя бы привели мысли в относительный порядок. И первой оформилась мысль о коварной мести. Я уже мысленно представлял грустную мордашку кота, выглядывающую из решётки переноски. Его прощальное — „Мяу». Когда он остаётся в приюте, а я гордой и твёрдой походкой удаляюсь от него по коридору, ведущему в новую, светлую жизнь. Где нет места котам и кошмарным пробуждениям.

В общем, я вдоволь посмаковал мысли о мести этому исчадию зла в мохнатом обличии. К своему удивлению я даже меньше стал злиться в глубине души, но из гордости не смел себе в этом признаться. Просто я отходчивый. А эта басурманская морда, как чуял, что переборщил малость и до вечера не показывался на глаза. Зато вечером, когда приехала супруга и мы сели ужинать, раздалось робкое — „мяу». И смущённый котик осторожно зашёл в дом.

Супруга долго смеялась, слушая мой рассказ и нежно поглаживала лежавшего на её коленях негодяя. Кстати, как оказалось, коты приносят вам добычу, чтобы показать насколько он хороший охотник и насколько никчёмный добытчик вы. «Кормилец»!


«Всех сможет прокормить…»