«Видно судьба у них такая…»

-Сынок, а я замуж выхожу — тихо сказала Люба. В трубке повисло молчание . А потом грянул гром — Мама, ты ведь только полгода назад отца в последний путь проводила — возмутился сын — Имей хоть капельку уважения к его памяти — Люба осторожно сказала — Алеша, я все таки взрослая женщина и могу сама решать, как мне поступать, не правда ли? У тебя семья, а я одна. Мне так одиноко — Сын сменил тон на насмешливый — И кто же этот счастливчик? Я хоть его знаю или ты за первого встречного замуж собралась? — Люба обиделась — Хорошего же ты мнения о своей матери — укорила она его — А выхожу я за Петю Голубева и ты его прекрасно знаешь — Сын поперхнулся — За дядь Петю? Ну ты, мать, даешь. Ведь отец его всю жизнь ненавидел. Вот что, я приеду и во всем разберусь — Люба перебила его — Приезжать не надо и скандалить тоже. Я тебе сообщила о своем решении, будь добр прими его — и нажала на отбой.

Петр сидел на крыльце и судя по окуркам, скопившимися в пепельнице, очень нервничал. — Ну, как? — спросил он, когда Люба вышла из дома. Она пожала плечами — А ты как думаешь? Он сильно Гришу любил и поверить не может, что я так быстро замуж собралась — Он покачал головой — Если бы он знал всю правду, может все по другому было, а Люб? — Она положила ему на плечо голову — Нет, Петь, не хочу я, чтобы он все узнал. Для моего мальчика, это ударом будет — Он глубоко вздохнул и обнял ее за плечи — Может ты и права, к чему старое ворошить. Пусть все своим чередом идет — Они замолчали и задумались, вспоминая свое сокровенное.

Любе тогда уже девятнадцать было, когда в их село Петр приехал. Молодой, красивый агроном. Все незамужние девчонки всполошились. Холостой, одет по городскому. Всегда отглаженный, вежливый. Подарок , а не мужчина. Но быстро пришло разочарование. В клуб на танцы не ходил, на заигрывание только улыбался. «С червоточиной мужик» вынесли всем селом ему вердикт. Но глаз с него не спускали, искали слабину какую, изьян.

И стали замечать, что он в библиотеку часто ходит. А там как раз Люба то и работала. Ну и пошли сплетни по селу, что библиотекарша ему приглянулась. Люба чуть не плакала, они почти даже и не разговаривали. Он прийдет, книжек кучу возьмет специальных и целый день в тетрадке что то записывает. А ведь она не одна, у нее Гриша есть. Между ними все решено уже было. После уборочной свадьбу сыграют.

Люба Гришу с детства знала. Был он старше ее на лет пять. В детстве бывало и обижал, а как выросла, влюбился. Взял он ее считай измором. Разогнал всех ее кавалеров, сговорился с ее отцом. Хоть и нравился он Любе, но прям большой любви к нему, она не испытывала. Рассудила так, мужем он хорошим будет, а чего ей еще желать. Тем более, что ничего лучше она все равно не найдет.

А вот Петя, покой ее поколебал. Не встречала она еще таких мужчин. К примеру Гриша ее книг вообще не признавал. А когда видел их у нее в руках, пренебрежительно говорил — Наши деды и без книжек этих, все знали и умели. А счас взяли моду, все по ним поучать — Люба обижалась, сама она читать очень любила и без книги жить не могла.

И как то в один прекрасный день, когда Петр сидел и привычно писал в тетради, ворвался Гриша. — Ты не зачастил сюда, дружок? — воинственно начал он. — Гриша, перестань — попробовала успокоить его Люба. — Не лезь в наши разборки, выйди — отодвинул он ее. — Вставай, давай, пошли на улицу разбираться — потянул он Петра за рубашку. — Ну пойдем — усмехнулся он. Через три минуты вернулся. — А где Гриша? — спросила Люба. Он хохотнул — Пошел домой, одежду менять. Он просто неудачно в навозную кучу упал — Она засмеялась — Вы помогли или сам? — Он улыбнулся — Сам —

Вот после этого инцидента, они и стали общаться. Сначала все о книгах разговаривали, а потом не до этого стало, Люба влюбилась. Да и Петя, как он потом признался, давно к ней приглядывался. И в библиотеку поэтому так часто ходил. И Люба призналась Грише, что влюбилась в другого. Тот недобро сплюнул — Не будет этого, я не позволю —

И у Пети начались проблемы. То комбайнеры загуляют на ровном месте, то машины сломаются все разом. А потом беда случилась Кто то поджег одно из полей. Обвинили во всем Петра. Что не доглядел, что национальное добро не уберег. Посадили за халатнось.

А Люба поняла что в положени она и никому же не скажешь. Будут все пальцем тыкать, что не сберегла она чести девичьей. А тут еще Гриша активизировался, проходу не давал. Все замуж звал. Она и не вытерпела, высказалась — Так я не одна теперь, дитя ношу. Нужна я тебе такая, с прицепом? — Он побледнел сначала, а потом выдал — Я тебя любую возьму. И ребенок твой моим будет. Подумай сама, как ты родителям своим скажешь? Я твоего батю знаю, он мигом тебя из дома погонит. И куда ты потом? А твой Петя, может сюда и не вернется — И она сдалась и согласилась.

Алешка родился, Гриша его принял, как родного. Все повторял, что ждет от Любы еще пяток детишек. Но у нее не получалось, так Алешка единственным в их семье рос. Петя все таки вернулся. Встретил Любу как то на улице и сказал — Поздравляю вас, Люба, с замужеством и рождением сына — Она затравленно на него поглядела и буркнув — Спасибо — убежала.

Так они и жили. Она с Гришей и сыном. Он один всю жизнь. Гриша поначалу психовал — И чего тут прицепился? Ехал бы отсюда куда подальше. Ты смотри, Люб, спутаешься с ним, не пожалею никого. Алешка все равно со мной жить будет, он мой сын. Так что думай головой, а не другим местом. Поняла? — Но годы шли, ничего не менялось, только ненавись мужа к Пете не проходила, а с каждым годом все сильнее делалась.

И вот когда его не стало, Петя пришел к ней. Долго говорил ей о своих чувствах, которые со временем не ослабели. Люба тоже уже не сдерживалась и рассказала ему о сыне. Он обрадовался и сразу предложил — Люба, хватит нам уже страдать, пора и счастья попробовать. Сколько нам еще отведено? Неведомо. Давай вместе жить — И Люба согласилась. Ведь и вправду, надо попробовать по зову сердца пожить.

Сыну они все рассказали, спустя год. Он их не понял и не принял. Сказал -У меня был отец, он им и останется. И другого мне не надо — А Люба с Петей счастливо остаток жизни прожили. В любви и нежности к друг другу. Видно судьба у них такая была, под конец жизни только вместе быть.


«Видно судьба у них такая…»