«-Ты дал мне надежду…»

Началась эта история с того, что в моем дачном сарайчике с садовым инвентарем стал кто-то ночевать. Сперва, я думал, что подзабыл, как поставил грабли и тяпки, а потом поймал на месте преступления дочку местной aлкoгoлички одиннадцатилетнюю Люську. Девочка в ответ на мой праведный гнев пожала плечами:

-Дома чужие пьют. Страшно.

Я не знал, что ей ответить. Просто ушёл в дом. Люська ночевала ещё раз или два. Тихо, аккуратно, будто её там и не было.

Потом я встретил её в магазине. Она сосредоточенно пересчитывала мелочь на ладошке.

— Мне чупа-чупс, — тихо попросила девочка.

-У тебя не хватает, — отрезала продавщица. — Твои уже и так набрали в долг выше крыши.

— Мне маленький, здесь хватит. — Люська ссыпала монетки на прилавок — возьмите.

Я стоял за ней, и мне было стыдно, за свой толстый бумажник, за свою сытую спокойную жизнь.

— Люсь, ты возьми, что хочешь, не стесняйся. Я заплачу, — предложил я.

Люська молча покачала головой, взяла свой маленький Чупа-чупс и ушла.

Через некоторое время я узнал, что мать Люськи лишили родительских прав, а девочку забрали органы опеки. Не знаю, зачем мне понадобилось приезжать повидаться с Люськой. Она вышла поникшая, с синяком под глазом, не взяла пакет с фруктами, который я привез. На мой вопрос «Как дела?» попросила больше не приезжать и убежала. Через несколько дней мне позвонили из больницы, по поводу Люськи. Просто я оказался единственным, кто навещал её в детском доме. Меня просили по возможности подъехать. Когда я подъехал и увидел во что превратилась моя Люська, понял, возвращаться в детский дом ей нельзя.

Я бушевал в своем кабинете, возмущался беспределом, который творится в детских домах. Но моя бывшая однокурсница, свой парень, Вика, которая подкармливала всех кошек на районе, вместо того, чтобы поддержать меня рявкнула:

-Ты зачем девчонку дразнишь, дурак?! Ведь не возьмёшь её к себе! Да и кто её тебе отдаст? Тридцать пять лет, ни ума, ни семьи нет. Чему ты её научишь, Семёнов? Пить по пятницам? Этому и в детдоме выучится. Повзрослей уже. Оставь как есть, пока хуже не сделал.

Я сидел, злился, но понимал, что Вика права. А перед глазами стояло Люськино избитое тело на больничной койке. Кто она мне в конце концов?

-Вика, выходи за меня замуж. — вдруг предложил я.

— Семёнов, ты с ума сошёл?! Мне сейчас не до твоих шуток.

Я это знал. Знал, что Вика не так давно рассталась с женатым любовником, знал, что она колеблется сохранять ли беременность. Но знал, что кроме Вики мне обратиться не к кому.

-Прости, но я не шучу. Мне нужно девочку забрать. Ты потом делай, что хочешь. Главное перед опекой мою жену убедительно изобрази. Я тебе заплачу.

Выражение её лица было красноречиво, и я был уверен, что она откажет, но Вика согласилась. Деньги- двигатель прогресса. Мы в мгновение ока стали семьёй и смогли оформить опеку над Люськой.

Сначала было тяжело. Я оказался не готов ни к роли молодого отца, ни к роли отца для трудного подростка. Люська не понимала, зачем я её забрал и убегала из дома. Маленький Димка орал и днем, и ночью. Не знаю как фиктивная мама Вика смогла все это выдержать. Я молился, чтобы она не сбежала. Один я бы точно рехнулся. Жалел ли я о том, что сделал? Мог ведь жить спокойно. Без двух чужих детей. Мог. Да, иногда мне хотелось послать все и вернуться к прежней жизни. Но я держался. Мне было за что себя уважать. И мы справились. Люська поверила, что её не вернут, как надоевшую игрушку, Димка пошёл в детский сад, Вика назвала меня своим старым дураком. Тогда я понял, что счастлив.

Сейчас мне сорок пять. Моя дочь Люська, Людмила Романовна замужем и готовится подарить нам с Викой первую внучку.

-Назову Надеждой. В честь папы.

Когда я ничего не понял, Люська обьяснила:

-Ты дал мне надежду, папа. Если бы не ты, не было бы меня такой, какая я сейчас. Если бы ты не дал надежду маме, она сделала бы аборт, и не было бы Димки. Спасибо тебе, папа.

Автор: #Под_стук_колес_за_чашкой_чаю.


«-Ты дал мне надежду…»