«Счастье свое она уже заслужила…»

Евдокия удобно уселась и начала — А чего она лоботрясничает? Я в ее годы в доме не сидела, работала. А эта взяла привычку губы намазюкает, да по танцулькам носится. Гляди, Нюрка, принесет в подоле, ох и наплачешься потом. Вся в папашу своего пошла, такая же круть верть. Что тот всю жизнь чего то искал, бегал по свету, как шалопутный. Тебя вон мне притащил. А на что ты мне сдалась? По хозяйству все не так делаешь. Внучку не так воспитываешь. Господи, за что мне такое на старости лет — запричитала она.

Нюра растапливала печь, на последних словах встала и мягко сказала — Ну, мама, вы же сами знаете, что без нас пропадете. Ходить не можете, как с хозяйством справитесь? Митя, Царствие ему Небесное, когда отходил, все просил, чтобы я вас не бросала. Вот и выполняю его последнюю просьбу все пятнадцать лет — и тут вся обида выплеснулась наружу — А вам все не так, все не эдак. Ходишь за вами ходишь, а простого спасибо не услышишь. Не нравится вам? Уедем мы с Иринкой и живите одна на здоровье. Нам ваши попреки уже надоели —

Евдокия тоже повысила голос — Езжай, милка, езжай. Токо куда ты подашься, сирота казанская? Ведь не дома, ни родни нету у тебя. Так что прикуси язык и молчи в тряпочку. А что за мной ходишь, так это ты свое проживание в моем доме отрабатываешь. Поняла? — Нюра махнула рукой, что с ней спорить, каждый разговор так заканчивается. Сейчас за сердце начнет хвататься, потом за Любкой докторшей отправит. Пока та давление мерить будет, свекровь жаловаться станет. А если настроение будет и слезу пустит. Все как обычно.

Когда та уснула, Нюра оделась и пошла дочь искать. Она наверняка знала, что та к своей учительнице Галине Васильевне убежала. Она всегда после ссор с бабушкой туда бегала. И точно, недовольная Ирка с порога заявила матери — Домой не пойду. Заколебала она меня уже, все придирается, покоя не дает — Нюра присела у порога — Доченька, ну нельзя же так. Она же бабушка твоя. А что ворчит, так это возраст такой. Думаешь, легко ей все время сиднем сидеть? Галина Васильевна, ну скажите ей -Пожилая учительница погладила Ирку по голове — Мама права, девочка. Хотя я рада, что ты ко мне в гости приходишь, но дом есть дом — и повернулась к Нюре — Анна, пусть Ира у меня сегодня ночует, пока не успокоится. И бабушка ваша тоже в норму придет — Нюра махнула рукой, ладно.

Всю дорогу она думала, как ее угораздило, так жизнь свою загубить. Ведь в детском доме, она была гордостью и учителей и воспитателей. Все вокруг прочили ей счастливое будущее. Говорили, Игнатьева в люди выбьется. Ага, выбилась, сидит в Богом забытой деревне и терпит вздорную старуху. А всему причиной Митя был. Ее любимый покойный муж. Это из за него, она и институт бросила и из за его долгов квартиру свою продала. Вот тогда они к его матери в деревню и подались.

Евдокии она не нравилась еще с первой их встречи. И что детдомовская, в глазах Евдокии они были люди неумехи, что худая, такая и ребенка не выносит и многое другое. Их приезду она была не рада, сразу было видно. Она тогда еще на ногах была. Да еще и Иринка маленькая, ей тогда два с половиной было. Евдокия привычная к одиночеству, все время ворчала. А когда Митя заболел и слег, обвинила во всем Нюру. Из за нее тогда он в мороз в город поехал, документы забирать. Ноги простудил и заработал осложнение. А когда услышала, что его не стало, ноги начисто отказали.

Вот и осталась Нюра вдовой в двадцать лет. С ребенком и немощной старухой на руках. Работать пошла на ферму, жить же надо на что то. Вот так и жили все эти годы. Бабушка даже внучку не любила, хотя Ирка ей родной по крoви была. Нюра до сих пор не могла понять свою свекровь. Откуда в ней столько злобы и желчи. Хотя Митя и говорил, что у нее всегда характер такой был, поэтому отец его от них и сбежал. А потом и он после школы сразу в город подался.

Нюра зашла в дом, тишина. Видимо спит еще Евдокия. Стараясь не шуметь, стала ужин готовить. Когда стала чистить картошку, вдруг поняла, что как то чересчур тихо. Она бросила нож в воду и на цыпочках прошла в комнату. Евдокия лежала выпрямившись и немигающе смотрела в потолок. Нюра вскрикнула и зажала рот руками. Первой мыслью было, вот и все. Евдокия и в этот раз по своему сделала. Ушла, так и не сказав ни спасибо, ни прощайте.

А через месяц Нюра с дочерью уехали. На сбережения сняли комнату в общежитии. Ира учиться пошла на парикмахера, Нюра на работу устроилась. А недавно с мужчиной познакомилась. У них пока роман начинается. А что дальше будет, одному Богу ведомо. Но, как мне кажется, счастье свое она уже заслужила.


«Счастье свое она уже заслужила…»