«Один грешник сегодня точно получит по заслугам…»

Приговоренная к сожжению проводила последний час в мрачных раздумьях о своей жизни. Лязгнул тяжелый замок и в камеру зашел человек:

— Благословляю, дочь моя, на исповедь.

Ведьма хмыкнула. Святой отец поджал губы, но профессионально сгорбился над грешницей:

— Поддавалась ли ты гневу?

Ведьма нахмурила брови, тщательно копаясь в памяти:

— Поддавалась обязательно, меня даже ваша ряса гневит…

— Богоугодная одежда гневит только грешников!

— Ага, и тех, кто хоть немного понимает в моде.

— Не юродствуй, ведьма! Ты на исповеди! Отвечай, занималась богопротивными делами?

Ведьма вздохнула — что за слова вообще такие? То Богу угодно, то Богу противно…

— Смотря, что вы подразумеваете под такими делами. Колдовала, очаровывала в свое время. В основном болезни лечила.

— Деньги брала с людей?

— Брала. Была бы в мире еда бесплатная и можно было бы голой ходить – не брала бы.

— Грешница!

— Да что вы заладили! Грешно есть хотеть? Вы в своей рясе в удовольствие пашете?

Святой отец побагровел:

— Я ношу свой сан с гордостью! Это мое призвание!

— А ряса-то ваша золотом расшита, ноги в удобную обувь облачены, да и брюшко у вас явно не на овсе выросло.

— Я – глас Божий, грязная грешница!

Ведьма присвистнула:

— А, то есть вам можно, да?

— Что? – растерялся Святой отец и тут же сдвинул брови, — не юродствуй, исповедуйся, пока время есть. Сожгут же.

Ведьма кивнула:

— Сожгут обязательно, так грешникам и надо.

— Грехи свои рассказывай, не гневи Бога.

— Да что ж у вас Бог какой-то гневливый?!

Святой отец перекрестился, на лбу выступили капли пота:

— Не богохульствуй, грязная твоя душонка! Покайся! Прелюбодействовала?

Ведьма довольно причмокнула:

— Да-а. Причем с кайфом так.

— Не сомневаюсь, — печально буркнул он, оглядывая точеную фигуру приговоренной. – Гордыней страдала?

— Неа. Наслаждалась. От чего же не довольствоваться тем, что ты знаешь и умеешь больше других? Плакать что ли?

— У, грешница… Небось и лентяйничала?

Ведьма пожала плечами:

— Ну как… Могла себе позволить, наслаждалась отдыхом, с котом в обнимку. Кот же сам с собой не полежит, верно?

Святой отец раздраженно сплюнул:

— Богопротивное животное… Чрезмерные удовольствия устраивала? Чревоугодием страдала?

Ведьма вновь закатила глаза:

— На-слаж-да-лась, сколько повторять? Страдала бы – не занималась бы. И вообще, почему вы мне грехи отпускаете? Вот я вас знаю совсем недолго, а сразу вижу, что по вашей теории в Аду вместе париться будем.

Святой отец открыл было от возмущения рот, а ведьма продолжала:

— Что вас больше во мне гневит: то, что я прелюбодействовала или то, что не считаю это грехом? Что ваша ряса, как не превосходство над другими? А чревоугодием вы именно страдаете, ведь стараетесь спрятать брюшко под широкими одеждами. Про похоть я уже вообще молчу, вам просто моя гру*ь нравится или вы там крестик уже полчаса найти пытаетесь?

— Да как ты… смеешь… Гре…

— Знаю, знаю, — кивала ведьма, — грешница. А разве благодаря сану человек получает неприкосновенность от Страшного Суда?

— Я же свя…

— Слышала, помню. Ладно, заболтались мы с вами. Пора мне улетать. А вам спасибо, что зашли. Ах да, — ведьма выдула из кулака порошок, на миг священника окутало белое пламя и он превратился в точную копию ведьмы. – Вот, теперь порядок.

Святой отец в виде ведьмы вытаращил глаза, открыл было рот, но не смог произнести ни слова.

⠀- Увы-увы, побочный эффект. Через час голос вернется. Хотя за вами явно придут раньше! Ну что же вы так расстроились? Радуйтесь! Один грешник сегодня точно получит по заслугам… — усмехнулась ведьма в образе священника и стукнула кулаком по двери. — Исповедь окончена!

Автор: #Анна_Балукова


«Один грешник сегодня точно получит по заслугам…»