«— Не бойся! Мы давно уже не маленькие…»

Алексей обнял, поцеловал в губы:

— Леша, перестань, сейчас дети придут.

Тут в сенях раздался шум, и вошел он.

***

Не удалась у Валентины личная жизнь. В двадцать вышла замуж. Сыновья родились, близняшки, Геннадий и Григорий. Через три года пoгиб муж. Глупо пoгиб, газовый баллон взорвался.

Каково одной двух мальчишек расти, когда в их бывшем колхозе и мужикам деньги не платили.

Максим появился, когда её мальчишки в первый класс пошли. Высокий, красивый, при деньгах. Думала — работящий, а он дом родительский продал и пил, пока всё не пропил.

После этого стал на Валентине зло срывать, мол, на них все деньги истратил, а затем и мальчишек стал бить. Четыре год продолжался этот кошмар, не выдержала, после очередного избиения написала заявление в милицию. Дали Максиму пять лет. Как быстро эти годы прошли!

***

И вот он вернулся. А рядом Леша, добрый и скромный и мальчишкам её нравится.

— Эта так ты меня ждешь, сyка? — заорал бывший муж с порога.

Встал между ними Алексей, да весовые категории разные. Мелькнул волосатый кулак, упал Алексей, ударившись о лавочку, и затих. Вскрикнула Валентина, замерла от страха. Вот-вот мальчишки её должны войти. Покалечит их изверг. А тот хватил её за плечи:

— Ну, что, сyка, с тобой сделать?

Тут дверь открылась, и сынки её вошли. Повернулся к ним отчим:

— Вот и щенки твои пришли. Разжирели, гады!

Схватилась Валентина за щеки, упала на колени. И тут её Генка спокойным голосом с улыбкой на лице говорит:

— О, двоюродный папа вернулся!

— Ты, сопляк, я тебя сейчас по стене размажу, — и бросился вперед, подогнув голову.

Что дальше произошло, Валентина сразу и не поняла. Голова бывшего мужа вдруг дернулась назад. Затем мелькнула рука Гриши, и их мучитель рухнул на пол. Встал, потряс головой и резко схватил со стола нож.

Бросилась Валентина сыночков своих спасать, но очутилась в объятьях Гены, крепких объятьях:

— Не бойся, мама!

Отодвинул мать слегка и бросился брату помогать. И вот нож отлетел в сторону, а отчим на полу оказался. А Генка спокойным голосом говорит:

— Мама, посмотри, что с дядей Лешей.

А Гриша отчима за шиворот приподнял и создавшуюся ситуацию тому объясняет:

— Если с дядь Лешей что-то серьезное, я твоей башкой всю лавочку разобью.

Подошла мать к Алексею, в чувства привела, помогла подняться.

А Гриша продолжает:

— Ну, двоюродный папа, забирай свой сидор, пойдем, прогуляемся.

Помог пинком подняться, и все втроем вышли.

Пришел в себя Алексей, успокоилась Валентина и тут ей в голову мысль тревожная пришла:

«Сынки-то её далеко не безобидные детки. Максим явно не первый человек, который сразу этого не понял. Куда они его повели? Как бы ни убили».

И Алексей о том же подумал. Выбежали со двора и бросились в сторону перелеска.

***

А сыновья с отчимом уже перелесок обогнули и к дороге вышли.

— Слушай, внимательно! — начал как всегда Гена. — Знаешь, что здесь недалеко овражек? Так вот, дорога перед тобой прямая. Иди по ней и не возвращайся! Вернешься – мы тебя в том овражке похороним.

— Иди, иди! — подтолкнул его Григорий.

И тот пошел, низко опустив голову.

***

Тут мать с дядь Лешей прибежали.

— Где отчим? — испуганно закричала она.

— Да вон он, — указал Генка на удаляющуюся фигуру. — Попрощался с нами и ушел.

— Слушайте, родные! – мать, словно впервые оглядела их ладные фигуры. — А где вы драться научились?

— Ма-ма! — теперь, похоже, удивился Григорий. — Ты испугалась, что он нас побьет.

— А когда он нож схватил, — на губах матери была улыбка, а на глазах – слезы.

— Не бойся мама! Мы давно уже не маленькие.


«— Не бойся! Мы давно уже не маленькие…»