«Моника…»

Было это в стародавние времена. Я была доверчива и мне всех хотелось спасти. Одним из череды спасенных был подросток дога, владельцам которого надоело летать на поводке по раёну за жизнерадостным балбесом. Он-то и сконструячил мне перелом ноги, когда оная столкнулась с бeзмoзглой головой вылетающего из дверей обалдуя. Нет, это не Моника, это прелюдия к основному рассказу. Месяца на два моим лучшим другом, помощником и средством дипломатии стал костыль. Я грациозно передвигалась с его помощью, веселя окружающих разрисованным друзьями гипсом.

Моника… В те времена только-только стало модным заводить микро пигов. Вот смотришь на картинку и видишь мимимишечку: пятачок, копытца, всё такое миниатюрное, прям так и хочется себе немедленно приобрести.

Так вот, именно это желание и сподвигло моих знакомых приобрести себе — Монику. В первое время всё было как они мечтали, микро свинка потешно бегала по квартире, трогательно шевелила пятачком, с удовольствием купалась, в общем приносила исключительно положительные эмоции.

А потом Моника выросла…Не , она не превратилась в 100 килограммовую свинью. Она весила кило 37, из которых 15 были лишним весом, отрастила копыта похожие на лыжи, которые мешали ей нормально передвигаться и проявила свои инженерные способности. Последней каплей терпения хозяев стал собранный к входной двери со всей квартиры (120 метров) паркет. Когда спасатели проникли в квартиру, которую невозможно было открыть обычным способом, через балкон, они подверглись нападению боевой свиньи Моники (квартиру она охраняла почище овчарки). Отважные работники службы спасения скатились обратно по приставленной лестнице и вежливо предложили хозяину самому лезть в логово yжасного зверя. На следующий день я обнаружила мягкий домик розового цвета, набор мисок и игрушек, и большую переноску с Моникой у себя под дверями клиники.

-Ну, здравствуй, чyдовище, — сказала я.

-Хрю, — сказала Моника. У неё словарный запас был небогат, да.

Так началось наше существование с Моникой, ибо жизнью это назвать нельзя.

Моника имела слишком большой вес, что плохо отражалось на суставах, дeфoрмированные копыта, проблемы с пищеварением и, пипeц какой злобный характер.

Я имела костыль, большой словарный запас и характер, о котором Монике ещё предстояло узнать.

Свинья сразу предприняла попытку стать царицей ординаторской. Царственной поступью, шаркая копытами-лыжами, она вышла из переноски, уставилась на меня наливающимися злобой глазками, подняла щетину на хребте и пошла в атаку. Я слегка удивилась и, при помощи костыля, сделала шаг в сторону. Моника пронеслась мимо, затормозила стеной, удивилась и развернулась для второй порции атаки.

Я снова шагнула в сторону. Коррида не самое любимое мое развлечение, посему -дцатую попытку Моники yбить меня я встретила костылем прямо по обвешенному пеной ярости рылу свиньи.

«Пошла на xyi, жаба!» — негостиприимно заорала я. Моника плюхнулась на жирнyю жoпy, минуту подумала и ушла в свой розовый домик решать как дальше жить.

Спустя неделю микропижка выучила эту чудесную команду, которую очень часто слышала. Костыль это супер мотивация! Спустя две недели Монику ненавидели все. Весь персонал. Умное, подлое и приносящее разрушение существо, всё это Моника. Были моменты, когда я явственно представляла Монику в духовке, с яблоком в пacти, и только количество aнтибиoтиков, которыми к тому времени была нашпигована свинка, уберегало её от этой участи.

Прошел месяц. Моника обрела красивую фигуру, обрезанные копытца, научилась проситься в туалет на улицу и перестала швыряться на людей.

Гулять Моника любила. Возле стены, на улице рос куст ревня. Свинка ежедневно проверяла свою плантацию, с удовольствием съедала пару черенков и с видом агронома шла домой, в свою розовую будку.

Небольшое отступление: клиника стояла на отшибе, возле конечной остановки автобуса.

Вечер. Смеркалось. Моника была выпущена на вечернюю прогулку, я сидела в кабинете с документами. И тут, в открытое окно, ворвался ужасный звук… примерно, как гудок приближающегося поезда, только на грани ультразвука. Фоном шёл боевой визг Моники. С такой скоростью, да при наличии костыля, я никогда не бегала… Страшная картина предстала передо мной: здоровенный дядька, держась двумя руками за пах (в сумерках подробности не были видны), тоненько визжал на одной ноте. В глазах его плескался yжac. Вокруг него бегала, вереща в истерике Моника, с поднятой щетиной и боевой пеной на рыле.

С помощью персонала, удалось затащить бьющегося в истерике двухметрового дядьку в ординаторскую, где при свете ламп было обнаружено, что он двумя руками крепко держит свой пипетрус.

Учитывая место, где его нашли: куст ревня, картинка сложилась! В ожидании прибытия автобуса, мужчине захотелось пи-пи, он зашел за угол и пристроился у любимого детища Моники. Моника в это время свершала вечерний туалет в противоположном конце двора, а вот, когда она пошла выбрать себе листик ревня перед сном, тут-то она и обнаружила осквернителя! Гнев Моники был страшен! Она заревела и пошла в атаку (а кто бы не пошёл, когда на его ужин ccyт?!) Тут надо учесть, что Моника была черного окраса, и в сумерках были видны только сверкающие священной яростью глаза и набитая на морде пeнa.

Уговорить мужика перестать визжать и отпустить «себя», мы смогли только при помощи стакана кoньякa.

Уговорить Монику перестать орать, только полив из шланга ее детище.

Спустя ещё пару месяцев Моника переехала в новый дом. К святым людям, я считаю.

Автор: Марианна Караева


«Моника…»