«Кот человеку брат…»

Говорила мне прабабка, моложавая и хитрая кошка: «Всегда следи за своим человеком, потому что человеку свойственно лезть куда не просят и вообще делать всяческие человеческие глупости».

Говорить-то она мне это говорила, да разве я слушал? Вот теперь думаю об этом, сидя под дождем, и жалею, что не вспомнил бабкин наказ раньше.

Сергей завелся у меня давно. Я тогда, по сути, был еще маленьким комочком рыжей шерсти и не более того. Помню, как Серега принес меня в свою квартирку и сказал:

– Ну что, брат? Будем жить тут вместе, не хоромы, конечно… – Он огляделся по сторонам, будто ища знакомые предметы, а потом махнул рукой и продолжил:

– Но жить можно! А Светка пусть катится куда хочет! – я мяукнул, соглашаясь с ним, за что был назван умницей и получил миску молока.

Так и зажили мы. Серёга, как и все люди, по природе своей очень суетлив. Встает рано, в любую погоду идет на работу, вечером возвращается и, почесывая в задумчивости затылок, смотрит в недра холодильника. Живем мы с Серёгой одни, оттого еда у него скудная и невкусная, хорошо, что наличие дамы в доме не влияет на вкус кошачьих кормов и молока.

Как вы уже поняли, я – кот и зовут меня Брат. Нет, Сергей, вроде, пытался придумать еще что-то и даже именно так представлял меня своим друзьям, но в итоге обращение Брат приклеилось ко мне вместо прочих имен. А что, неплохо. Кто-то думает, что я Серёге Кот, а я Сереге – Брат!

Вот и жили мы с ним душа в душу, пока он не повстречал вeдьмy.

Сам момент встречи я, конечно, в силу обстоятельств пропустил; ну, знаете ли, разве я сторож человеку своему? Пусть уж погуляет, другое дело, что раньше он вел себя хорошо и паразитов не заводил, а тут вот те, нате, кошмар в квадрате.

Как сейчас помню тот вечер.

Серёга вернулся домой другим человеком, не моим человеком! От него даже пахло иначе, а взгляд? Вы видели влюбленный взгляд? Это взгляд мечтателя, который увидел свет в конце туннеля! Вот таким Серёга заявился домой: счастливым и влюбленным. Я сразу понял, что что-то не так. Вот лучше бы он пришел пьяnый, даже шут с ним – забыл бы купить мне молока! Но нет, он пришел трезвым, с покупками и больными, влюбленными глазами. Каюсь, я не сразу придал этому значение.

Услышав, как открывается входная дверь, я потянулся, некоторое время щурился, повернулся на другой бок и только потом слез с кресла, на котором люблю подремать. Вышел в коридор, расслабленный после сна, и тут учуял её запах. Фиалки и кардамон, дикая смесь, скажу я вам. Сон как рукой сняло!

Я потерся о его ногу, пытаясь вытеснить чужой запах. Подставил свою умную голову ему под руку: мол, гладь давай, полегчает. Но все было тщетно. Нет, Серёга меня заметил и погладил, и даже сказал: «Эх, Брат, ты бы её видел!» Приплыли.

А потом он начал пропадать – во всех смыслах этого слова. Он пропадал после работы, а потом приходил глупый и неродной. Да что там, он пропадал как человек, как мой человек. Еду приносил, а по душам разговоров – ни-ни.

А я так не могу, меня и погладить надо, и колени подставить, чтоб было где вздремнуть. В конце концов, я должен мешать работать за компьютером и даже есть. А так мне остался только сон, и тот стал у Серёги нервный, беспокойный, у такого в ногах не поспишь, да и на голове не очень-то, мечется как в лихорадке и всё свою Милу зовет. Так я и узнал имя.

Тут дело вот в чем, пора открыть страшную кошачью тайну. Кошки и вeдьмы – зaклятые друзья, как говорится. То есть, с одной стороны, мы считаемся спутниками, но с другой – вeдьмы просто люди, они пользуются нашей силой и нашей мaгией. И, сами понимаете, никому не понравится, когда его используют.

Испокон веков кошки терпели своих вeдьм, но те наглели с каждым столетием и после инквизиции, когда нашему брату не поздоровилось даже больше, чем этим взбалмошным бабам, нашему сотрудничеству пришел конец. Кошачье Вече, посоветовавшись, отвергло все предложения ведьм о сотрудничестве. А те мохнатости, кто все же решил связать свою жизнь с ними, были преданы анафеме. Посидели на нашей мягкой шерстке, хватит!

Помню, снег уже выпал, я сидел на окне и ждал, когда придет Серёга; он вернулся рано, грустный, как в воду опущенный, и наконец-то заговорил. А толку! Его, оказывается, с работы турнули. И как прикажете жить? Нет, конечно, как у каждого порядочного кота, у меня есть свои фокусы типа сапог и шпаги, но человек не дорос, и не знаю, дорастёт ли морально, чтоб мы могли в открытую делиться с ним этим опытом. А потом зазвонил телефон. Ой, звонок вeдьмы я чую как запах валерьянки. А Серёга сразу просветлел:

– Да, алло! Мила, солнышко, спасибо, что позвонила, ты прямо чувствуешь, что мне нужна поддержка, – говорил Серёга трубку. Ну да, кот — это так себе, а вeдьма – то что надо, пф-ф! Я напряг уши.

– Серёженька? Что случилось, у тебя голос такой расстроенный, – говорила невидимая Мила.

Серёга начал ходить по комнате.

– Мила, меня сократили. Да, с работы сократили, мол, бюджет и что-то еще, не знаю, может, я кому дорогу перешел, может, Петру из соседнего отдела?

– Серёжа, не горюй! – утешала Мила. – Все, что происходит, к лучшему, знаешь, в нашей фирме как раз вакансия образовалась, как раз по твоему профилю, программист, причем такой, который железо чинит. Хочешь, я с начальницей переговорю? – сказала и затаилась.

Я уж и головой мотал, и шипел малость. И даже начал, простите, рыгать, показывая, как я к этому отношусь. А Серёга слушает, кивает, меня ногой – ногой! – отпихивает.

– Поговори, Мил, вдруг и впрямь?

Положил Серёга трубку, я смотрю на него, и слезы наворачиваются: ой, дyрак! Думаю: может пора заговорить? А потом еще посмотрел: нет, не пора. И тут снова телефон зазвонил.

– Да, Мила? – и Серёга снова улыбается – конечно, все ерунда, если рядом ведьма!

– Сережа, завтра приходи на собеседование, не горюй, нормально все будет, мне пора бежать. Целую!

– Подожди, Мила!

– Пока-пока!

– Пока, – Серега посмотрел на трубку так печально, что лизнуть его захотелось – в макушку, в чакру, как говорится.

Спал я плохо, а наутро у меня созрел план, и я тихой сапой устроился у Серёги в рюкзаке. Сначала ноут хотел убрать, но нет, оставил. В тесноте, да ничего. А Серёга и не заметил, чаек попил, сумку схватил и бегом. Беда.

Тамара Федоровна была ведьмой с таким стажем, что сама по улицам не ходила, новые кадры не находила, для этого существовали молодые ведьмочки. Они искали работников, которые быстро переходили в статус жeртв. Они организовывали досуг жeртв, их увольнение, их ссоры с родными и, как итог, добровольное рабство. Всё по накатанной. И сегодняшний день ничего плохого не предвещал. Камилла привела новенького, он маялся в приемной в ожидании собеседования.

– Вы денег хотите, их есть у меня, – пропела Тамара и велела секретарю впускать новичка.

Вошел. Ну ничего так, молодой, не сломленный, есть где разгуляться. И тут Тома учуяла то, чего в их конторе быть не должно:

– Хм, Сергей Викторович, извините за вопрос. Но у вас что, дома есть кот?

Сергей улыбнулся:

– Есть, хороший такой.

Вeдьмa забарабанила пальцами:

– Знаете, сразу скажу, у нас своя политика в фирме, и она не приемлет наличия котов у работников. Собаки, птички, хоть рептилии – пожалуйста, но не кошки.

Избавиться сможете? И место ваше!

Сергей остолбенел. А я чую: спасать надо, и человека моего, и жизнь нашу с ним. И тут я выдаю свой коронный номер: как выскочу, как выпрыгну – полетят клочки по закоулочкам. А сам из сумки вылезаю неспешно так и говорю:

– Сидеть на месте, вeдьмa! Что, не ожидала? Этот человек находится под охраной кошек, он не принадлежит роду человеческому )), как отдельная единица, и не подлежит вербовке любыми силами, кроме Кошачьего веча!

Говорю я все это, а сам смотрю краем глаза: Серёга мой глаза вытаращил, сумку обхватил и то на меня, то на вeдьмy глаза таращит. Я его решил поддержать:

– Не боись, Серёга, – говорю, – я тебя ни вeдьмaм, ни обoрoтням, ни пришeльцам на oпыты не отдам. Ты мой человек, а я твой брат!

– Ты говоришь? – Серега очень старался не плюхнуться в кресло на подкошенных ногах.

– Говорю, – отвечаю я. – И пою, и танцую, просто редко. А сейчас, Серега, скажи вeдьмaм, что мы с тобой семья, а они пусть ручки не тянут!

А Серега задумался; вeдьмe, понятно, только это и надо было.

– Подумайте, Сергей, – говорит Тамара, а сама глазками зыркает. – Что вам кот? Комок шерсти. Что они вам дадут, у них даже не платят!

– Зато мы позитивные! – отвечаю я – гордо так.

– Мы тоже не хуже, – сопротивляется вeдьмa. – А еще у нас соцпакет, и красивые сотрудницы.

Чую, ёкнуло у Серёги, Милку свою вспомнил.

– То есть, если я соглашусь работать у вас, то мой Брат должен будет уйти?

– Да, – отрезала вeдьмa.

– А Мила? – Серёга совсем растерялся.

– А что Мила? Мила вам не девочка на побегушках, она работник месяца! Правда, позапрошлого, но неважно. Так что она останется тут – или вы предлагаете ей за котом ухаживать? Шерсть сметать? – и щурится гадко так.

– Между прочим, я почти не линяю, у меня сбалансированный корм, – я просто не мог не протестовать, сами понимаете. Повернулся я к Серёге, глянул своим кошачьим взглядом и говорю: – Думай, Серега, ты вот не знал, а ты мне тоже как Брат. Думай, приму любое твое решение. Если надо – уйду. Точка.

И затикали часики, сижу, в гляделки с ведьмой играю, тут Серега и говорит:

– Извини, Брат, – у меня сердце аж оторвалось. – Ты подожди меня у входа, мы после поговорим.

Я конечно ушам своим не поверил: неужто Серега, брат, вот так меня выставляет? Гляжу на него, а он взгляд отводит. Зато вeдьмy так и распирает от гордости: мол, съел, блохастый?

Я покинул ее кабинет с гордо поднятым хвостом. Нечего ей видеть, что у меня на душе кошки скребут. Конечно, в приемной мне Серегу ждать не позволили, вытурили наружу, под дождь.

И вот сижу я на холодном асфальте, дрожу весь – не от горя, от негодования, – и бабкин наказ вспоминаю. Следить нужно за своим человеком, в оба глаза следить. А дождь все сильнее льет, словно ведьмы нарочно меня гонят.

Ну, думаю, не сдамся. Стоит шмыгнуть пoд aвтoмобиль или в закоулок отбежать – все, пиши пропало, Серега меня уже не найдет. Утрачу свою кошачью мaгию, стану одним из бездомных котов, потерявших человека. Так мне горько стало! Я бы слезу с морды смахнул, да только она и так вся мокрая, не разберешь, где слезы, а где дождь. Только Серёги все нет и нет, может, зря жду?

Как открылась дверь, я не услышал, слишком был занят, жалея себя. Только чую – опускается на загривок рука, знакомая такая, теплая, родная. И Серега, мой Серега, глядит на меня и говорит:

– Извини, что я в последнее время тебе мало внимания уделял, я ж не знал, что ты такой умничка, а сейчас я прямо прозрел. Я знаешь, что подумал? Пойдем, купим газету и поищем мне работу.

И пошли мы. Я гордо так хвост поднял, чтоб Вeдьмa увидела всё мое к ней презрение! Человека, моего Человека хотела получить – фигу ей! Пусть поцелует меня… ну да вы понимаете, куда.

А через пару недель Серёга как раз на работу устроился, я по нашим кошачьим каналам пробил, нормальное место нашел. Кот у меня знакомый, так его человек глава большой корпорации – благодаря коту, конечно. В общем, все налаживаться начало. Серега на испытательном был. Так вот, через пару недель пришла к нам Мила.

– Извини, – говорит, – Сергей, надо мне с Котом поговорить.

Сергей плечами пожал и пошел на кухню кофе делать. А Мила мне и говорит:

– Меня Тамара выгнала из-за того, что я не смогла кошачьего человека распознать, так что я теперь сама по себе.

Я, конечно, вeдьмaм не верю, даже бывшим. И говорю:

– Что же ты хочешь?

– Позволь мне с Сергеем встречаться? – отвечает.

А я говорю:

– Надо обмозговать, – и пошел запрос в Вече передавать. Коты часа три заседали, а затем ответили.

– Вот, – говорю, – Мила, разрешается тебе, но под присмотром, ищи себе куратора-кошку, если какая согласится тебя на поруки взять, и приходи снова. Если любишь, то справишься с этим, если же это вeдьминские штучки, то сама виновата.

И знаете? Ничего, прижилась Милка у нас, с кошкой Афродитой прижилась. И вот сижу я иногда и думаю: какое все-таки забавное общество – люди… ))

Автор: Юлия Гладкая


Оцените статью
IliMas - Место позитива, лайфхаков и вдохновения!
«Кот человеку брат…»
«Соседка Марина…»