Сугробы

В тот день пришлось изъездить Москву по двум диагоналям. И если в метро было тепло и приятно, то путь пешком через колючий снег и обжигающий ветер требовал определенного героизма и терпения. В конце дня я остался без ног, озноб судорогой передергивал тело, и желание ехать куда-нибудь совершенно пропало.

Хотелось в тепло дома. Хотя там меня никто не ждал, но стены должны были помочь. Мне оставалось пройти всего лишь одну остановку, и я решил подождать автобус.

Снег и ветер прекратились. Свет согнувшихся фонарей высвечивал поблескивающий морозной пыльцой воздух. Скорее бы все снять, все бросить, лечь и заснуть.

И вдруг я услышал мелодичный женский голос: «Милый пойдем домой. Ты уже совсем замерз».

Неужели я успел замерзнуть до прихода автобуса? Я засыпаю. И у меня начинаются видения. Я стряхнул с себя усталость и наваждение. Я по-прежнему стоял на остановке, светили фонари, и озноб без стеснения гулял между одеждой и телом.

«Милый, я тебя очень долго жду. Здесь так холодно, а нам пора домой», – снова раздался певучий голос.

Голос – спокойный, нежный и любящий. Так могли только русалки зазывать ошалевших от одиночества матросов в пучины моря. Голос был настолько живой, что его можно, казалось, было даже пощупать.

Я огляделся. Напротив меня через сугроб стояла красивая женщина и смотрела на меня.

– Ты уже устал. И я замерзла. Сколько можно тебя ждать? Я сделаю все, чтоб ты в другой раз просто бежал домой.

Я огляделся кругом. Но никого не было рядом. Спросить о том, что я сошел с ума, тоже было не у кого. А она стояла и ждала. Обычно красивые женщины на меня внимания вообще не обращали, а за остальными приходилось ухаживать с переменным успехом. А тут меня зовет удивительной красоты женщина к себе, обещает накормить и говорит, что мне у нее будет хорошо. Мне стало жарко.

Я сомневался, потому что жизнь не сказка, и сокровенные желания в ней не выполняются моментально. Но внутренний голос говорил, что шанс бывает только один раз в жизни, если ты пройдешь мимо него, то второго может не повториться.

– Милый, сколько можно ждать? Неужели тебе не жалко меня? Я совсем замерзла. А ты меня совсем не слышишь.

Я не устоял. Я не мог отказать этому певучему голосу снежной русалки. Первый мой шаг был неуверенным, но второй не оставлял сомнений, что я уже бегу к ней.

Я успел дойти до сугроба, который нас разделял. Она, наклонившись, на миг исчезла. Потом выпрямилась…

На плече у нее сидел огромный черный кот.

– Ну, вот, наконец, ты вернулся ко мне. Замерз, наверное, бедненький. Пойдем скорее домой. Я так тебя люблю. Я тебя накормлю и согрею.

– А как же я? – прошептали мои замерзшие губы. Но она этого не услышала. А я больше не повторял.

И с тех пор не верю женщинам, которые со мной общаются из-за сугробов.

Сугробы